Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

current

Манифест блоггера

Пожалуйста, прекратите оставлять мне недовольные комментарии и слать возмущенные письма. Это мой блог. Я его создал, я регулярно его обновляю, и мне лучше известно, каким он должен быть. Возможно, вам кажется, что этот блог можно как-то улучшить? — Какая чушь! Он именно такой, каким я его задумал. Ваше мнение мне неинтересно.

См. иллюстрацию 1.


            ---------------------------
            !            -            !
            !           { }           !
            !           | |           !
            !           | |           !
            !        .-.! !.-.        !
            !      .-!  ! !  !.-.     !
            !      ! !       !  ;     !
            !      \           ;      !
            !       \         ;       !
            !        !       :        !
            !        !       |        !
            !        |       |        !
            !                         !
            ---------------------------
                   Иллюстрация 1.

Забудьте о ваших глупых претензиях, лучше взгляните, насколько этот блог прекрасен.

Collapse )
2016

Будь в арьергарде!

Всю сознательную жизнь мне нравилось делать что-нибудь хорошо. К сожалению, список вещей, которые я действительно научился делать хорошо, крайне короток. Пожалуй, я научился хорошо рифмовать бессмысленные тексты, солить огурцы и иногда программировать.

Я внезапно задумался: отчего так? Ведь очень многие приписывают мне врожденную чуть ли не талантливость. А все просто. Я — приспособленец. Вместо того, чтобы искать компании и коллективы, в которых я был бы самым тупым и заскорузлым, я выбирал варианты попроще. Нет, не насовсем, конечно, но обычно моего интеллектуального уровня и навыков хватало, чтобы сойти как минимум за ровню. И это отвратительно повлияло на скорость моего развития. Если честно, я всю жизнь выезжал на инерции последних двух классов школы и первых нескольких курсов института, где я, действительно, был самым тупым. В такой компании, правда, это было не зазорно.

Так вот, если человек хочет развиваться и совершенствоваться, ему необходимо прибиваться к группам людей образованее, умнее и интеллигентнее его самого (лет до тридцати это легко решаемо возрастным преимуществом, надо только втереться в компанию людей на на пару десятков лет постарше, как потом — не знаю). Это в целом не слишком комфортно: быть не только самым страшным, но и самым глупым на перманентной основе — удовольствие так себе. Но оно того сто́ит.

Если вам кажется, что вы — молодец, значит вы начали гнить. Растем мы только тогда, когда хочется удавиться от собственной неполноценности.

pirate

му-редупликация

Оригинал взят у harald_halti в му-редупликация
Редупликацией (от латинского reduplicatio — удвоение) в лингвистике называется удвоение начального слога, основы или слова. Редупликация может быть полной, когда копируется вся единица целиком, неполной, когда копируется только ее часть, а также неточной, когда единица повторяется с искажениями. Редупликация встречается практически во всех языках.

В русском языке имеются три модели неточной правой редупликации (при которой искажается второе слово):
1. м-редупликация (зелень-мелень, картошка-мартошка, шашлык-машлык);
2. шм-редупликация (танцы-шманцы, тортик-шмортик, бренди-шменди, чай-шмай);
3. хуй-редупликация (улица-хуюлица, автобус-хуёбус).

Третья модель очень простая и предусматривает замену первого слога копируемого слова русским словом "хуй", в связи с чем снижается серъезность восприятия понятия либо появляется пейоративный смысл при искажении имен и фамилий.
Вторая модель заимствована из разговорного идиша и выполняет аналогичные функции.
Первая модель заимствована в результате контакта с представителями азиатских и кавказских регионов.

Сходство значений первой и второй моделей позволяет заподозрить и сходное происхождение. И таки да! В идише имеется слово "шмок" (ид. ‏שמאָק‎ shmok), означающее "остолоп" и "хуй". Таким образом, шманцы второй модели соответствуют хуянцам третьей модели. Успешное нахождение этимологического объяснения инициали шм- заставляет внимательно присмотреться к первой модели на предмет того, не вылезет ли из-за инициали м- еще один хуй.

Collapse )

pirate

Первое правило русского языка гласит: в русском языке правил не существует

Многие мои знакомые почему-то почитают меня за человека грамотного; если у них под рукой не оказывается гугла, они спрашивают меня в жаббире: «Лёх, согласно какому правилу „корова“ пишется именно так?». Поскольку мне такое реноме лестно, я решил написать эту программную заметку.

Не знаю, как сейчас, но когда я учился в школе, русский язык и литература оценивались разными оценками. Русский язык, как предмет, заканчивался в восьмом (ныне девятом) классе и итоговая оценка просто переносилась спустя два года в аттестат о среднем образовании. Так вот, по русскому языку у меня была тройка. Удовлетворительно. Да и то, с натяжкой. Хотя за все время обучения в школе я допустил одну орфографическую (зачем-то меня угораздило вставить в сочинение шестого класса слово «коррелирующий», в котором я разменял явно лишнее «р» на дополнительное «л») и не более десятка пунктуационных ошибок. Как такое может быть? — Элементарно. Выпускной экзамен по русскому языку у нас был устный.

Правил я не знал никогда. Я учил каждое перед соответствующим уроком и с облегчением забывал, как только звенел звонок. У меня математический склад ума (в дополнение ко всем иным неебическим талантам) и я знаю словарное значение слова «правило». То, что подобно презервативу, натянуто великими безумными филологами на живую субстанцию, именуемую «язык» — в моей голове не стыкуется с понятием «правило». Нормальных, настоящих правил в русском языке ровно три:

Collapse )
Библиография: «Грамматность».
pirate

Пунктуация: миф или реальность? — Конспект лекции.

Мы с пунктуацией — давние соперники.

Подумавших, будто речь пойдет про «авторскую» пунктуацию — прошу встать и немедленно покинуть аудиторию. Авторская пунктуация — это тавтологичный оксюморон.
Любая пунктуация — авторская, ибо призвана передать на письме просодию. Ритмику речи. Заставить читателя взять паузу вместе с рассказчиком. Не перевести дух и экспрессию — на пути к восклицательному знаку. Рубануть хлесткой увесистой точкой. Притормозить о запятую, полностью сбросить газ перед тире. Застыть каменным изваянием над точкой с запятой, смакуя предвкушение раскрытия тезы. Почтительно склонить голову перед многоточием. Повиснуть над обрывом неизвестности, цепляясь за вопросительный знак.

Попытки втиснуть ритмику речи разных людей в какие-то нелепые правила пунктуации — свидетельство шарлатанства и абсолютной лингвистической глухоты. «Перед союзом „и“ ставится запятая, если предложение сложносочиненное (или если мы перечисляем Оксфорды)» — Какая чушь! Запятая там появилась потому, что сложное предложение нуждается в паузе, иначе его невозможно будет понять.

А вот в следующей цитате из сегодняшней ленты:
На Тушинском оптовом рынке
Печально мыслящей тростинке:
Хватают за руки торговки.
— знак препинания по правилам не требуется. Только сливается в таком размере «печально-мыслящая», двойной эпитет приклеивается к тростинке и читатель в изумлении застывает: «Э-э-э-э… Я читаю elesinа давно, он иногда пишет чудесные стихи, он хорошо владеет словом… А тут вдруг „торговки хватают тростинке“, да еще через преграду двоеточия.» А тире (которого по правилам быть не должно) — двусмысленность моментально снимет, услужливо подставит читателю паузу и немного понизит энтропию.

Так что — идите в жопу, пуристы от пунктуации. Пунктуация — это эмпирическая наука. Если кто хочет написать по ней учебник — читайте Ионеско, Достоевского, Сашу Соколова, Бурлюка и остальных Толстых — и пытайтесь систематизировать накопленный багаж знаний.

А я — пока — буду препинать свой текст так, чтобы читатель не спотыкался.
pirate

хрипота слога

0.

Накатывает ночью хрипота.
Но оттого немного неуютно,
Что расписанье знаю поминутно
И догоняю бегом по пятам.
И вяжет связки тень, как немота.
Боязнь народа, самого себя и смуты —
Как прошлого и будущего блуда —
Как вечного запретного плода.
Спасает свет, коньяк, камин и плед.
Огонь — спокон веков — успокоитель.
Окрест — обрывки фраз. Вчерашний след
Не остается на снегу, хотя поэт,
Который совместительством — учитель
И обещал, что будет им согрет.

1.

Накатывает ночью хрипота.
Ломаю перья, струны рву, летаю.
Ноябрь — вовсю. Но снег стыдливо тает,
Накапливаясь пеною у рта.
Саднит в сердцах. Ахиллова пята.
Стою к окну. На улице светает.
Внесигаретный дым, как речь, витает,
Как опустившаяся, жалкая беда.
Я не ищу ответа в тишине.
Я не играю. Даже не на лютне.
Слова охотно просятся вовне
И, отлетая, брезгуют по мне.
Смиряюсь. И ищу других в вине,
Но оттого немного неуютно.

2.

Но оттого немного неуютно,
Что яркий слепит свет. Болят глаза.
Чужое, взвешенное, брошенное «за»
Рождает несогласие подспудно.
Да, здесь повиновение подсудно,
Не верит одиночество слезам.
Мне в передачах носят образа —
Я образы из них леплю прилюдно.
Тюрьма? Квартира?— просто рецидив
Вчерашней боли, как с похмелья, мутной.
Часы — причина. Время — лейт-мотив
Небытия, а сиречь — негатив.
И что-то тикает внутри, но так занудно,
Что расписанье знаю поминутно.

3.

Что расписанье знаю поминутно,
Невелика беда — успею опоздать.
Рассказывать, как падала звезда
Ночами яркими, дорог ища попутных.
Гореть не расставаясь с небом трудно.
Почти, как догонять, любить и ждать.
Надеяться, прощать и побеждать,
Рождаться псом, не становясь приблудным.
Не растворяясь в сумраке, плыву,
Роняю пепел в гривы облакам.
Я остаюсь не верить наяву
Своим глазам, словам, рукам и снам.
Часы поставил. Целюсь во главу.
И догоняю бегом по пятам.

4.

И догоняю бегом по пятам
Ушедший в никуда по ветру поезд.
Я окружил планету. Черный пояс
Восьмого круга ада — не отдам.
Кому любви? Страхую. Каждый полис
Я кровью отмываю по утрам.
Мне можно верить. Если и предам,
То долго не забуду, беспокоясь.
Как ос не раздражает теснота?
Как им не слишком сладко в меде?
Воистину по среднему в природе
Не вымеришь отмеренного. Так
Мерещится мостом мечта о броде
И вяжет связки тень, как немота.

5.

И вяжет связки Тень, как немота.
Я выключил все фонари в округе.
Бредем, вдвоем, не помня друг о друге,
Без веры от царя и до креста.
Дорога расстилается, не став
Землей, не ведая о плуге,
Как жеребец, не знающий подпруги,
Немного иначе трактуещи устав.
А Цезарь? Что же он? Боялся Брута,
Не верил в одиночество, болел,
Шептал «прости», оставшись не у дел…
А первый ряд в кольцо смыкался, пел.
И называлось это время суток
Боязнь народа, самого себя и смуты.

6.

Боязнь народа, самого себя и смуты
Немногих пощадила королей.
Мы были самых голубых кровей,
Когда на все поверили кому-то.
Остались шрамы. Втуне пожалей
О прожитых годах, останься злей
Судьбы. Сорви все путы,
И докажи, что кровь — еще алей.
Нам утвердили алиби. Прощают.
Да что! Оркестр на площади. Встречают.
В толпе знакомо высится Иуда.
А мы — все те же; черными плащами
Отрешены от злобы и печали,
Как прошлого и будущего блуда.

7.

Как прошлого и будущего блуда,
Не зарекаюсь жалости к себе.
Не то, что б я со временем слабел,
Но взял разбег немного слишком круто.
И стрелка суеты слегка погнута,
Царапает по кругу при ходьбе
Кровь — временем, как горлом и судьбе
Не шлют вестей. Нет писем ниоткуда.
Пришел сюда, чтобы ответить «да»,
Чтоб отстранить, когда придет беда,
Но заблудился в искренности бреда.
Вершины — вот они. Так тянется гряда,
Что не заметить вчуже эти беды,
Как вечного запретного плода.

8.

Как вечного запретного плода.
Искуса я боюсь как панацеи.
Держу себя в узде, но на прицеле —
Чужого бакенбарда борода.
Мир расступается. Проходят города.
Я тоже был. Заканчивал лицеи,
Был по достоинству и равенству оценен,
И пущен с молотка, все распродав.
Все потому, что я не убивал.
Не чтил в глазах тоску прожитых лет,
Орел меня не навещал у скал —
Все потому, что я не умирал,
От слов, которых, в общем, не сказал,
Спасает свет, коньяк, камин и плед.

9.

Спасает свет, коньяк, камин и плед.
Наследство прошлого, дорога в небеса.
Я вижу синь, пишу: «о! бирюза!»
И это — мой вопрос на твой ответ.
И тройка, и семерка, и валет…
Кого б еще с листа переписать?
И тянет чашу вниз, как на весах,
Тягучесть слов, которыми отпет.
Пространство забивается в углы.
У скал не довелось — стою у глыб —
В надежде отыскать стихов обитель.
Вкруг облака — тоскливы и смуглы,
И им навязывает правила игры
Огонь — спокон веков — успокоитель.

10.

Огонь — спокон веков — успокоитель —
Читает мне псалтирь как пономарь.
И я уже не чувствую, как гарь
Подводит тенью лик. И нем спаситель.
А в зеркале — Судьбы иной проситель.
Я верю в жизнь, и вера крепнет встарь.
Залп прогремит, как данный вволю старт,
И сотни голосов смолчат «простите».
Картина — полотном вокруг — тускла.
Кувшин разбит, и слезы льют из глаз.
Так лунный свет теряется во мгле,
Что мгла смыкается и колет, как игла.
Ночь постеснялась — звезды не зажгла —
Окрест — обрывки фраз. Вчерашний след.

11.

Окрест — обрывки фраз. Вчерашний след.
Затоптан девственностью всенощной метели.
Следы ожогов на распятом теле, —
Что свежий сруб — весь в ожерелье лет.
Хотя, какие годы! Суток нет
С тех пор, как я задумался о деле
Саднит в душе, и сердце — на пределе.
Я перешагиваю дюжинный сонет.
Уносят потерпевших в никуда.
Над речкой чернью разгорается звезда
И гаснет, принося ненужный свет
На жертвенный алтарь вчерашних бед.
«Поэта манит даль». Он никогда
Не остается на снегу, хотя поэт.

12.

Не остается на снегу, хотя поэт.
Не хочет умирать, не верит в лето.
И челядь не заходит в дом поэта,
И говорят — что он — анахорет.
Ты так тянулся к людям! Tèt-a-tét
Остался так неловок, что луч света
Способен отрешить. И ты обета
Не вынесешь, как мог бы в темноте.
Тушите свет. И свеч не запалите.
Лампады чадом ладана тусклы.
Я обиваю в сумраке углы.
И зеркало беснуется: «смотрите!».
Вот он — певец зазубренной стрелы —
Который совместительством — учитель.

13.

Который совместительством — учитель,
Призваньем — брат, а сущностью — я сам,
Мне улыбается, и пишет в небесах
По облакам лучами «помогите!».
Расслабиться, расстаться, закурить и —
Заметить, что сменилась полоса.
Я шел по черной — в белую, впросак —
Попал. И в ней остался. Извините.
И время рвется вспять, пробрав как дрожь,
По тем, кого уж больше не вернешь,
По тем, кто застил свет, кого здесь нет…
И время рвет вперед, ты плачешь — что ж —
Он сам накликал, напевая, дождь.
И обещал, что будет им согрет.

14.

И обещал, что будет им согрет.
И клялся на крови. И пел про лето.
И плачем песня рвет стихи поэта.
И рифмы разлетаются на свет.
Другие люди из других карет
Бросают медяки, и шляпа фетром
Стыдливо глушит бряканье монеты…
И медленно плывет кабриолет.
Нет песен. Уходящее — молчанье.
Не отрешиться. Так и жить — в отчаянье.
Ни дерева, ни сына, жизнь в скитах.
Не просыпаясь — тянется прощание —
Я в снах еще спою. Как обещание
Накатывает ночью хрипота.

0.

Накатывает ночью хрипота.
Но оттого немного неуютно,
Что расписанье знаю поминутно
И догоняю бегом по пятам.
И вяжет связки тень, как немота.
Боязнь народа, самого себя и смуты —
Как прошлого и будущего блуда —
Как вечного запретного плода.
Спасает свет, коньяк, камин и плед.
Огонь — спокон веков — успокоитель.
Окрест — обрывки фраз. Вчерашний след
Не остается на снегу, хотя поэт,
Который совместительством — учитель
И обещал, что будет им согрет.